Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас, и будете иметь скорбь дней десять. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни. (Откр.2:10)
О. А. Михнюк

Святая Божественная литургия: её смысл и значение

Святая Божественная литургия — самое важное богослужение Православной Церкви, во время которого совершается самое главное таинство, установленное Самим Господом нашим Иисусом Христом, — это таинство евхаристии. Полноценная приходская жизнь невозможна без служения литургии, как невозможна жизнь христианина без причащения Святых Христовых Тайн. Во всём суточном круге богослужений литургии отводится центральное место, остальные службы можно рассматривать как подготовку к этому величайшему таинству.

Как утверждает профессор протопресв. Б. Бобринский, «в современном православном сознании тайна Церкви неотделима от тайны и от Таинства Евхаристии. «Там, где Евхаристия, там и Церковь», — писал святитель Киприан Карфагенский [1]. Когда совершается Евхаристия, выявляется подлинная природа Церкви, её таинственное и сокровенное бытие. Итак, — подводит итог профессор, — можно говорить о евхаристической природе Церкви» (2, с. 75) [2].

Слово «литургия» происходит от греческих слов «λειτον», что значит «общество», и «έργον» — «дело, служение». Таким образом, слово «литургия» можно перевести как «общественное служение». Однако в настоящее время в понятие литургии вкладывается иной смысл. Она рассматривается именно как богослужение, посвященное воспоминанию Тайной Вечери, на котором происходит освящение Святых Даров, т.е. пресуществление хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы, и причащение ими верующих.

Однако литургия — не только воспоминание событий, связанных с земной жизнью Спасителя. «Она действительное повторение жизни и крестной смерти Прославленного и Воскресшего Господа. Действительное — потому, что Он Сам невидимо для плотских очей, но действительно присутствует здесь с нами в Божественных Тайнах Своего Пречистого Тела и Честной Крови. Он Сам полагается на святом престоле и снова приносится в жертву за грехи мира и руками иерейскими преподаётся верующим для приобщения» (9, с. 41)

Повеление вспоминать Тайную Вечерю, освящать Святые Дары и причащаться ими принадлежит Господу нашему Иисусу Христу: «Я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и возблагодарив преломил и сказал: «примите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание». Также и чашу после вечери, и сказал: «сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание» (1 Кор. 11: 23-25). Послушные воле Божьей апостолы стали совершать таинство евхаристии, облекая его различными молитвословиями и священнодействиями. Так постепенно складывался чин литургии. Самый ранний список чина литургии, по преданию, принадлежит св. ап. Иакову. Постепенно, по мере расширения Церкви, апостолы не могли сами совершать литургию во всех создаваемых ими общинах, и они стали передавать это право, как и право совершать крещение, миропомазание и другие таинства, пресвитерам, которых сами же и избирали.

Постепенно в чинопоследование литургии вносились некоторые изменения, и окончательно чин литургии в его современном виде сформировался в IV в. Главная заслуга в этом принадлежит двум великим святителям Православной Церкви — Василию Великому (ок. 330 — 379) и Иоанну Златоусту (ок. 347 — 407). Изменения, вносившиеся в чинопоследование литургии, имели, в основном, характер сокращения молитв. О причинах таких сокращений говорит св. Прокл, ученик свт. Иоанна Златоуста: «Апостолы некогда имели обычай совершать Божественные Тайны весьма пространно, читали многие молитвы и оставили нам пример при сём жертвоприношении употреблять длинные молитвы. Но после некоторого времени охладевшие в ревности и усердии к вере и занимавшиеся более делами века сего и мирскими попечениями начали скучать продолжительностью литургии и едва ходили к слушанию Божественной службы. Видя это, св. Василий принял против сего спасительный способ, и первый издал краткую и удобную литургию. Спустя немного времени, тот отец наш, одарённый златым языком, Иоанн, имея надлежащее и неусыпное попечение о спасении овец, как надлежит пастырю, и снисходя слабости и нерадению человеческого естества, решился вовсе истребить все сети и наваждения сего сатанинского предлога и, исключив многие слова из литургии Василия Великого, составил и издал вместо длинных молитв краткие» (цит. по: 5, с. 162).

В настоящее время в Русской Православной Церкви совершаются только литургии Иоанна Златоуста и Василия Великого [3]. Наиболее распространённым является чин литургии Иоанна Златоуста. Литургия Василия Великого служится только десять раз в году: во все недели Великого поста, кроме недели ваий, в Великие Четверг и Субботу, в навечерия Рождества Христова и Крещения Господня (а если они приходятся в субботу или воскресенье, то литургия Василия Великого служится в самые дни праздников Рождества и Крещения), а также в день памяти святого — 1 января [4].

Для совершения литургии священнослужители облачаются в особые священные одежды. Эти одежды существуют в Церкви с древнейших времён. Из Ветхого Завета мы знаем, что Сам Господь повелел Моисею сшить специальные облачения для священнослужителей. Священные облачения помогают священнику настроиться на молитвенный лад, напоминают ему о том святом деле, на которое он призван Господом.

Литургия — единственная служба, на которую священнослужители должны выходить в полном облачении. Чем выше степень священства, тем более сложным и разнообразным является его облачение.

К облачению дьякона относятся стихарь, орарь и поручи. Стихарь — одеяние, покрывающее тело дьякона сверху до самого низа, прямое, долгое и ровное, от чего и получило своё название: «стих» — значит состоящий из одной прямой строки или линии. «Все отцы утверждают, что дьяконский стихарь должен быть белым, в ознаменование ангельской светлости» (5, с. 130-131). Это требование в настоящее время не соблюдается. На стихаре, впрочем, как и на других священнических облачениях, нашиваются ленты, которые символизируют кровь Христову, стекавшую по Его Плащанице.

Слово «орарь», по-видимому, латинского происхождения — от слова “orarium”, что значит «полотенце». Известно, что изначально в обязанности дьяконов входило прислуживание верующим во время братских трапез — агап, для чего и необходимы были полотенца. Символическое значение ораря объясняет св. Симеон Солунский: «Он [орарь] означает как бы невещественное и мысленное крыло ангельского чина» (цит. по: 5, с. 132-133). Обычай держать орарь тремя перстами вверх тоже идёт с древнейших времён. Дело в том, что ранее не было, как теперь, служебников — особых книжек с молитвами и ектеньями, — и дьяконы писали на орарях ектеньи, используя, таким образом, орарь в качестве шпаргалок.

Что же касается поручей, то это не что иное, как узы Христовы, которыми Он был связан, когда вели Его к Пилату. Но есть у них и другое символическое значение. Так, правая поручь в отдельности образует всемогущество Христово, ибо дьякон, как и священник, одевая её, говорит: «Десница Твоя, Господи, прославися в крепости, десная Твоя рука, Господи, сокруши враги». Левая поручь в отдельности означает терпение служителя Христова и его бодрственный дух, поэтому при надевании её произносится молитва: «Руце Твои сотвористе мя и создасте мя: вразуми мя, и научуся заповедем Твоим».

В облачение священника входят те же элементы, что и в облачение дьякона, только некоторые одежды имеют несколько изменённый вид. Так, священнический стихарь изготовляется из более тонкой материи и называется подризником. Он всегда белого цвета, потому что символизирует луч Божества и чистую жизнь иерея. Это и свидетельствует священник при надевании подризника: «Возрадуется душа моя о Господе, облече бо мя в ризу спасения…». Орарь у священника, который называется епитрахилью (от греческого слова «τράχηλος» — «шея»), налагается на оба плеча и лежит на груди и ниже её в знак того, что священник в служении своём имеет более высокую степень и должность в сравнении с той, какую он имел, будучи дьяконом. Епитрахиль означает совершительную и свыше сходящую благодать Духа.

К особым элементам священнического облачения относятся пояс и фелонь. «Пояс, лежащий на чреслах, образует … крепость и могущество силы Иисуса Христа, и вместе с тем целомудрие и чистоту тела и души священника. Это объясняют и слова, читаемые при опоясывании: «Благословен Бог, препоясуяй мя силою, и положи непорочен путь мой» (5, с. 136).

Слово «фелонь» происходит от греческих «φαίνεται», что значит «покрывает», и «όλος» — «весь», т.е. фелонь — это одежда, покрывающая всё тело. Она изображает вретище, в которое был облачён Спаситель во время поруганий. Кроме того, покрывающая всё тело фелонь есть образ промысла Божьего, который поддерживает нас и хранит.

Все описанные выше облачения священника являются обязательными. Но в качестве награды священники могут также носить набедренник, палицу, камилавку и митру.

Облачение архиерея включает те же элементы, что и у священника. Только архиерейская фелонь, называемая саккосом, имеет несколько иной вид, чем священническая. Собственно архиерейскими элементами облачения являются омофор и мантия.

Омофор, одеваемый на плечи, символизирует собой овцу, которую добрый пастырь заботливо возлагает на свои плечи. Именно поэтому устав рекомендует делать его из овечьей шерсти. При одевании омофора архиерей произносит: «На Рамо, Христе, заблудшее взял еси естество и, вознесся, Богу и Отцу принесл еси» (5, с. 142). Само слово «омофор» происходит от греческих «ώμος», что значит «плечо», и «φέρω» — «ношу» (там же).

Мантия, охватывающая и связывающая всё тело, является символом промышляющей, содержащей и покрывающей благодати Божьей. Кроме этого, архиерей также носит митру, панагию вместе с крестом и жезл.

Облачившись, священнослужители приступают к совершению литургии.

Структурно литургия состоит из трёх частей: проскомидии, литургии оглашенных и литургии верных.

Проскомидия (в переводе с греческого значит «принесение») совершается тайно в алтаре. Верующим по сложившейся традиции в это время предлагается чтение часов (как правило, 3-го и 6-го). На проскомидии совершается приготовление хлеба и вина для таинства евхаристии. Хлеб, приготовленный для проскомидии, называется просфорой (в переводе с греческого — «приношение»). По уставу, просфора должна изготовляться из чистой пшеничной муки и на квасном тесте. Должна она иметь и особую двучастную форму, что символизирует два естества Господа нашего Иисуса Христа. На верхней части просфоры ставится печать с изображением креста и надписью «Ис. Хр. Ника», что значит «Иисус Христос побеждает». Обычно для проскомидии используются пять просфор, хотя раньше их число доходило даже до семи (3, с. 887). Из первой вырезается средняя часть с молитвословиями, в которых вспоминается как Рождество, так и страдания Христовы. Это так называемый «агнец» — тот самый хлеб, который на литургии верных будет пресуществлён в Тело Христово. После этого в чашу (или потир) наливается «святое соединение», т.е. вино с водой, в воспоминание того, что из тела Иисусова «изыде кровь и вода» (Ин. 19: 34) после прободения копьём Его рёбер одним из воинов. По уставу Церкви, вино для таинства евхаристии должно быть чистым, виноградным, красным (в Русской Православной Церкви принято использовать кагор, признанный эталоном красных вин). В случае крайней нужды устав разрешать некоторые отступления от тех требований к хлебу и вину для проскомидии, которые были изложены выше.

Далее из второй просфоры священник вынимает частицу в честь Пресвятой Богородицы; из третьей — девять частиц в честь всех чинов святых; из четвёртой — в честь патриарха и правящего архиерея, а также всех живых православных христиан; из пятой — в честь усопших православных христиан. В современной практике частицы в честь тех православных христиан, за которых поданы записки, принято вынимать из других просфор меньшего размера.

Все частицы особым образом выкладываются на дискос, который в данном случае символизирует и Вифлеемскую пещеру, и Голгофу. На дискос ставится звездица, символизирующая Вифлеемскую звезду. После этого дискос и чаша покрываются сначала каждые в отдельности небольшими покровцами, а затем одним общим покровом, который называется «воздухом». Все эти покровы символизируют как рождественские пелены, так Святую погребальную Плащаницу.

Заканчивается проскомидия каждением всего храма, что символизирует благодать Святого Духа, которая осеняет верующих в таинстве евхаристии. При этом отверзается также и завеса «для показания того, что рождение Спасителя и Его смотрение не познал дольний мир, т.е. народ, но только силы горние и боговидцы, коим было открыто, каковы были пророки, патриархи, Дева, Иосиф, пастыри и волхвы, — для показания сего иерей оставляет затворёнными нижние, или внешние, двери, т.е. царские врата, а открывает только завесу, т.е. горние двери. Ибо завеса у некоторых писателей называется горними дверями» (5, с. 160).

Все указанные священнодействия совершаются на жертвеннике — особом столе, который располагается в алтаре к северу (т.е. слева) от престола.

Литургия оглашенных начинается возгласом «Благословенно Царство Отца, и Сына, и Святаго Духа ныне и присно и во веки веков». Это тоже имеет глубокий смысл. Как пишет архиеп. Новгородский и Арзамасский Вениамин, «сначала мы были среди идолопоклонников и знали только то, что есть истинный Бог и Творец всей твари». Это выражается возгласом на вечерне «Благословен Бог наш…». «Потом, — продолжает архиепископ, — что Бог есть Существо триипостасное, мы узнали из осенённого пророческого проповедания». Отсюда и возглас на утрене «Слава Святей, Единосущней и Нераздельней Троице…». «Наконец, — заканчивает владыка Вениамин, — после вочеловечения Слова Божия, ясно открылось нам, что сии три Ипостаси суть Отец, Сын и Святой Дух, во Имя Которых мы крестились и через Которых мы усовершились в боговедении: и это выражается на литургии» (5, с. 163).

После начального возгласа следует великая ектенья. Слово «ектенья» в переводе с греческого означает «возношение», «пространное моление». Великая ектенья начинается прошением «Миром Господу помолимся» и содержит в себе многие и подробные прошения обо всех лицах и вещах. Великая ектенья — одна из древнейших в Церкви: она в полном объёме содержится у ап. Климента (Постан. Апост. 8: 10).

После великой ектеньи следует пение так называемых «изобразительных псалмов». Это псалмы 102 («Благослови, душе моя, Господа…») и 145 («Хвали, душе моя, Господа…»). Изобразительными они называются потому, что изображают воплощение Христово и все те блага, которые через Него получили мы. В простые и праздничные дни вместо изобразительных поются антифоны, т.е. стихи, которые берутся частью из Ветхого Завета, а частью из Нового, и попеременно поются на двух клиросах. После изобразительных или антифонов всегда поётся песнопение «Единородный Сыне…», в котором воспевается Сын Божий, Господь наш Иисус Христос.

Вслед за этим открываются царские врата для малого входа и начинается пение блаженств евангельских (Мф. 5: 3-12), в которых указывается, что христианин, испрашивая милости у Бога, должен обладать всеми теми качествами, которые указаны в заповедях блаженств. Во время пения блаженств священник с дьяконом совершают малый вход, т.е. исходят северными вратами из алтаря и царскими вратами входят в него обратно. Малый вход символизирует выход Спасителя в мир на проповедь Евангелия. Именно поэтому малый вход с Евангелием. Следует отметить, что в праздничные дни вместо блаженных поются праздничные тропари со стихами, поскольку они лучше всего передают существо праздника.

После малого входа следует пение тропарей в честь празднуемых святых в знак того, что после Своего Воскресения Христос отверз им всем рай. А пение праздничных тропарей обусловлено тем, что события этих праздников совершены Христом, пришедшим на землю. В это время священник в тайной молитве просит Отца Небесного, воспеваемого херувимами и славословимого серафимами, принять от нас ангельскую (трисвятую) песнь, простить грехи, освятить и дать нам силы праведно служить Ему. Конец этой молитвы «Яко Свят еси, Боже наш…» он произносит вслух (11, с. 649).

Вслед за этим следует возглас от дьякона «Господи, спаси благочестивыя». Только до революции этот возглас произносился перед пением последнего кондака на «И ныне:» (Богородичного или праздничного), и владыка Вениамин так объяснял его смысл: «Воспоминаются или приветствуются благочестивые, находящиеся в живых, т.е., во-первых, Государь и Его Высочайшая фамилия, потом архиерей, синклит, воинство и, наконец, все вообще христиане. Чрез такое приветствие показывается, во-первых, что все они, волею Самого Христа, избраны в свои звания и поставлены для пользы Церкви и всех вообще людей. А во-вторых, этим они побуждаются к правильному прохождению своих званий, и обещается им одинаковое спасение и воздаяние, какое Христос приготовил и даёт всем святым» (5, с. 171).

Далее следует пение Трисвятого. Как известно, Трисвятое — это ангельская песнь, и пение её верующими во время литургии указывает на то, что ангелы и люди составляют единую Церковь. В дни Рождества Христова, Крещения Господня, Пасхи (всю седмицу), Св. Троицы, Лазаревой и Великой суббот вместо Трисвятого поётся «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся». Это связано с тем, что в древней Церкви крещение оглашенных происходило именно в эти дни. В праздник Воздвижения Креста Господня (14 сентября) и в Крестопоклонную неделю Великого поста, когда совершается поклонение Кресту, вместо Трисвятого поётся «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и Святое Воскресение Твое славим».

После Трисвятого бывает чтение Апостола, предваряемое прокимном. Прокимен — это стих, взятый из псалмов Давида, в котором прославляется Христос. Само же чтение Апостола показывает послание учеников Христовых на проповедь к народам. После Апостола читается Евангелие, предваряемое пением «Аллилуйа» и каждением. «Как чтение апостольского послания означает проповедь апостолов, которые везде возвестили, что Христос пришёл на землю, так и чтение Евангелия показывает, что пришедший Христос везде всеми познан. Посему и мы … поём «аллилуйа» (5, с. 178). Каждение же перед Евангелием совершается в знак подаваемой всему миру через чтение Евангелия благодати Духа. По мысли св. Симеона Солунского, дьякон читает Евангелие на амвоне, а не в алтаре, потому, что он прообразует апостолов, которые ради проповеди Евангелия покинули Иерусалим (5, с. 180).

После Евангелия следует сугубая (усиленная) ектенья, которая начинается возглашением: «Рцем вси от всея души и от всего помышления нашего рцем». На все прошения этой ектеньи хор отвечает троекратным «Господи, помилуй». Именно во время этой ектеньи в настоящее время второй раз прочитываются поданные прихожанами записки.

Согласно современной практике, вслед за сугубой ектеньёй следует ектенья об усопших, где прочитываются поданные прихожанами записки. Эту практику чтения заупокойной ектеньи обличал известный литургист нашей Церкви сщмч. Афанасий (Сахаров): «Когда в эти [будничные] дни случается в минеи малый святой без всякого праздничного знака или [шестеричный святой] … и когда, следовательно, весь строй службы вседневный, без всяких праздничных изменений, когда сверх основных заупокойных молитвословий в составе ежегодного богослужения присоединяется ещё заупокойный кондак «Со святыми упокой…» на повечерии и литургии, и если минейному святому не назначено особых Апостола и Евангелия, то к рядовым чтениям могут быть присоединены заупокойные с соответствующим прокимном, аллилуйей и причастным … может быть после сугубой ектеньи присоединена ещё заупокойная ектенья … Больше этого никаких других заупокойных молений … на литургии Церковный устав не допускает ни по какому поводу (1, с. 59).

Заканчивается эта часть литургии ектеньёй об оглашенных и троекратным обращением к ним с просьбой покинуть храм.

Литургия верных начинается воззванием «Да никто от оглашенных, елицы вернии паки и паки миром Господу помолимся». Священник в это время распростирает на престоле антиминс — «вместопрестолие» — шёлковый платок с изображением положения во гроб Тела Христова, имеющий в верхней своей части частицу святых мощей мученика за Христа.

Как утверждает св. исп. прот. Сергий (Правдолюбов), «распростёртый антиминс напоминает нам времена гонений на христиан, когда Церковь не имела постоянного пребывания. Вместе с тем антиминс утверждает христиан в мысли, что Церковь Христова и теперь не прикрепляется ни к какому зданию, городу или месту, но, как корабль, носится по миру, нигде на земле не бросая якоря и не имея нужды в том, так как Якорь её на Небесах» (10, с. 72).

Вообще же антиминсы вошли в употребление не ранее VII в. Они полагались на престолах, не освящённых епископом (12, с. 338). Таким образом, антиминс — это некое вещественное подтверждение благословения правящего архиерея на служение литургии в данном храме на данном престоле. Не случайно в этом месте литургии священник прикладывается к подписи архиерея, которая обязательно должна присутствовать на антиминсе, т.е. священник как бы прикладывается к благословляющей деснице архиерея.

Вслед за ектеньёй (точнее, двух ектений) поётся херувимская песнь. «Херувимская песнь … возбуждает нас, дабы мы, тайно образуя херувимов, или таинственным образом подражая им и приготовляясь вместе с ними припевать трисвятую песнь Животворящеё Троице, теперь отложили всякое житейское попечение, т.е. не думали ни о богатстве, ни о славе, ни о других житейских и плотских привязанностях, но достойно приняли Царя всех тварей земных и небесных и почтили Того, Кого почитают на небеси и Кого окружают ангельские силы. И если так себя приготовим, то можем и мы, плотские, вместе с невещественными херувимами, воспевать трисвятую песнь Животворящей Троице, т.е.: «аллилуйя» (5, с. 183). Херувимская песнь сопровождается каждением, после чего совершается великий вход, т.е. дьякон со священником берут Святые Дары, находящиеся на жертвеннике (именно, дьякон берёт дискос, а священник — чашу), и, исходя из алтаря северными вратами через царские врата вносят их в алтарь и полагают на престол. Великий вход знаменует собой торжественное шествие нашего Спасителя в Иерусалим на вольную страсть. В алтаре с дискоса и чаши снимаются покровцы, и оба эти предмета покрываются одним лишь воздухом, что символизирует погребение Господне. И царские врата, и завеса при этом затворяются, что означает сошествие Господа в ад, а также оставление возле гроба Господня стражи. Звездица, которая остаётся на дискосе напоминает наложение печати на гроб Спасителя. Все эти объяснения заимствованы у св. Германа, патр. Константинопольского, который в заключение говорит: «И так вот Христос распят, гроб утверждён, жизнь погребена, камень запечатан» (цит. по: 5, с. 189).

После великого входа следует приготовление верующих к достойному присутствию при освящении приготовленных Даров. Этой цели служит просительная ектенья. Отличительными признаками этой ектеньи являются начальное прошение «Исполним молитву нашу Господеви» и ответ на каждое прошение «Подай, Господи». С этой минуты верующие не должны выходить из храма, чтобы не оскорблять величия того таинства, которое скоро должно произойти. Дьякон напоминает об этом возгласом «Двери, двери! Премудростию вонмем». Это, собственно говоря, обращение не столько к молящимся, сколько к привратнику — особому церковному служителю, который в древние времена стоял у входа в церковь и следил за порядком. Ему предписывалось закрыть двери в храм и никого не впускать, равно как и не выпускать. Насколько недопустимо нарушать это правило, видно из 9-го апостольского правила: «Всех верных, входящих в церковь … и не пребывающих на молитве до конца, как бесчиние в церкви производящих, подобает отлучать от общения церковного» (цит. по: 11, с. 655).

Возникает вопрос: почему, собственно говоря, неверным (т.е. некрещёным) не разрешалось присутствовать при совершении таинства евхаристии? Ведь эта таинственность, которой христиане ещё с апостольских времён окружали свои богослужения, породила множество мифов, в частности, о том, что христиане на своих богослужениях пьют кровь младенцев. Отвечая на этот вопрос, дьякон А. Кураев говорит: «Таинства нельзя было давать в руки языческих мистиков, которые с готовностью стали бы повторять их внешние формы сами, истолковывая святыню по-своему, со свойственной им «широтой»… Перед ними [апостолами] был весьма религиозный мир, вдобавок настроенный весьма плюралистично… Этот мир был готов подхватить любую молитву, чтобы использовать её в очередном «заговуре» (как это и делают нынешние знахари). И поэтому мы видим, что вся проповедь апостолов сводится к трём тезисам. Первая керигма — пасхальная. Вторая — нравоучительная … и третья — запретительная: не может быть общения Чаши Христовой с чашей бесовской. Отсюда в древней Церкви развилась литургическая дисциплина, которая с самого начала исключала возможность присутствия при евхаристии лиц, не возрождённых в таинстве св. Крещения» (8, с. 47).

Однако возглас «Двери! Двери!» можно понимать и символически. Он может означать, что «в эти минуты ум молящихся не должен ничем развлекаться: ни стуком, ни шумом, ни хлопаньем дверей, ни хождением, но должен быть весь «вперён» в Бога» (4, с. 80).

Таинство, которое должно вот-вот совершиться непостижимо для нашего человеческого ума и может восприниматься только верующим сердцем. Как исповедание нашей веры в этот момент поётся Символ веры. Перед пением Символа веры отверзается завеса, что символизирует бегство стражи от гроба Господня.

После пения Символа веры дьякон возглашает: «Станем добре. Станем со страхом. Вонмем! Святое возношение в мире приносити». С этих слов начинается так называемый «евхаристический канон», т.е. последовательность молитвословий и священнодействий, которыми сопровождается освящение Святых Даров. Священник в очередной раз призывает верующих отложить все суетные помышления и устремить свои духовные очи ввысь, возглашая: «Горе имеем сердца».

«Великий Архиерей Иисус Христос прежде преподания тайной вечери благодарил Бога и Отца. Таким же образом и священник, подражая Совершителю сего таинства, пред тою молитвою, которою имеет освящать дары, тщится, во-первых, сам принести такое же благодарение, потом и от людей того требует, возбуждает их, горе и на небо душею и телом вознесшихся, воздать благодарение Великому Подателю всех благ Богу» (5, с. 196). Именно этим объясняется следующий возглас священника «Благодарим Господа» и пение вслед за этим песнопения «Достойно и праведно есть…». У нас, в России, в это время положен звон в один колокол, называемый «К Достойну». Этот обычай к нам пришёл от католиков через Польшу и Украину, как на это указывает архиеп. Вениамин, ссылаясь на патриарха Иоакима (1690) и его книгу «Щит веры» (5, с. 197-198).

Во время пения «Достойно» священник читает евхаристическую молитву, в которой прославляет бесконечные совершенства Божьи, благодарит Господа за сотворение и искупление человека и за все Его милости, известные нам и неизвестные, и за то, что Он удостаивает принимать от нас эту бескровную Жертву, хотя Ему предстоят высшие существа — ангелы, архангелы, херувимы и серафимы (11, с. 656), «победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще» — эти заключительные слова молитвы священник произносит вслух. Хор после этого поёт «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф…». Слова «победную песнь поюще…» взяты из видений пророка Иезекииля (1: 4-24) и ап. Иоанна Богослова (Ап. 4: 6-8): они в откровении видели Престол Божий, окружённый ангелами в образе орла (поюще), тельца (вопиюще), льва (взывающе) и человека (глаголюще), которые беспрерывно восклицали: «Свят, Свят, Свят Господь Бог» (11, с. 656). В это время звездица поднимается над дискосом и отлагается в сторону, потому что после Воскресения Христова печать у Гроба Господня была разрушена.

Священник продолжает читать евхаристическую молитву, переходя к воспоминаниям Тайной вечери, когда Господь установил таинство евхаристии, и вслух произносит слова Спасителя: «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, Еже за вы ломимое во оставление грехов» и «Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя Новаго Завета, Яже за вы и за многия изливаемая во оставление грехов». После этого священник вспоминает заповедь Спасителя о совершении Причащения, прославляет страдания Его, смерть, воскресение, вознесение и второе Его пришествие, и вслух произносит: «Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся».

Певчие после этого поют: «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молимтися, Боже наш», а священник читает трижды тропарь 3-го часа: «Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа в третий час апостолом Твоим низпославый, Того, Благий, не отъими от нас, но обнови нас, молящихтися». Дьякон же после первого и второго прочтения священником данной молитвы произносит стихи из 50-го псалма: «Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей» и «Не отвержи мене от лица Твоего и Духа Твоего Святаго не отъими от мене». Прочитав в третий раз тропарь 3-го часа, священник благословляет агнец и говорит: «И сотвори убо хлеб сей Честное Тело Христа Твоего»,– затем благословляет чашу со словами: «А еже в чаше сей — Честную Кровь Христа Твоего» — и, наконец, благословляя вместе хлеб и вино, произносит: «Преложив Духом Твоим Святым». Дьякон трижды говорит «аминь» (до этого — во время благословения хлеба и вина в отдельности — он говорит «аминь» единожды). После этого на дискосе и в чаше уже не хлеб и вино, а Тело и Кровь Христовы, Которым все священнослужители в алтаре делают земной поклон.

И далее евхаристическая молитва продолжается. Священник просит Господа, чтобы причащающимся Святые Дары послужили «во трезвение души, во оставление грехов, в приобщение Святаго Духа, во исполнение Царствия Небеснаго, в дерзновение еже к Тебе, не в суд или во осуждение». Также священник вспоминает тех, за кого принесена эта Жертва: она принесена Богу как благодарственная Жертва за всех святых, «изрядно (т.е. в особенности же) о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней, Славней Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии» — эти слова молитвы священник произносит вслух, а певчие поют песнопение в честь Богородицы. В обычные дни это песнопение «достойно есть…», а в праздничные — так называемый «Задостойник», т.е. песнопение, которое поётся вместо «Достойна». Как правило, Задостойником служит ирмос 9-й песни канона, который поётся на праздничной утрене. Тем временем священник тайно молится за усопших, а о живых — уже вслух: «В первых помяни, Господи…» — и далее следует молитва о патриархе и правящем архиерее, которую хор дополняет возгласом «и всех и вся» (11, с. 657-658).

После освящение Даров необходимо подготовить верующих к достойному причащению Святых Христовых Тайн, о чём и молим мы Господа в просительной ектенье. Поскольку в таинстве причащения верующие усыновляются Богу, то самое время произнести Богу выражение наших сыновних чувств, что наиболее ярко выражено в молитве «Отче наш». После пения молитвы Господней священник в очередной раз просит Господа, чтобы Он сподобил предстоящих и преклонивших по возгласу дьякона свои главы верующих достойного причащения Святых Его Тайн. Дьякон в это время препоясывается орарём крестообразно. Это имеет как практический, так и символический смысл: во-первых, так удобнее прислуживать священнику во время причащения, во-вторых, это является подражанием ангелам, которые, предстоя перед Престолом Всевышнего закрывают крыльями свои лица (Ис. 6: 2-3). Завеса задёргивается, а священник велегласно произносит: «Святая — святым», т.е. это святое таинство может быть предложено только святым, очистившим свою совесть в таинстве исповеди. Хор от лица верующих, осознающих своё недостоинство, поют: «Един Свят, Един Господь, Иисус Христос, во славу Бога Отца».

После этого священнослужители причащаются в алтаре. Вначале священник дробит Святой Агнец на четыре части, которые укладываются на дискосе крестообразно, напоминая Распятого Спасителя. В чашу с Кровью Христовой вливается теплота, символизирующая молитвы святых о нас. И далее священнослужители причащаются отдельно Тела и Крови Христовых. Во время причащения священнослужителей поётся причастный стих.

И вот отверзается завеса, открываются царские врата, и из алтаря выносятся Святые Дары, а хор поёт торжественное, как и на утрене после шестопсалмия: «Благословен Грядый во имя Господне! Бог — Господь и явися нам!» Понятно, что это символ первого явления воскресшего Спасителя своим ученикам. Дьякон предлагает «со страхом Божиим и верою» приступить к причастию. Эту веру миряне исповедуют, произнося молитву «Верую, Господи, и исповедую…».

Для причащения мирян используется лжица. Её ввёл в церковный обиход свт. Иоанн Златоуст. Архиеп. Вениамин, со ссылкой на книгу «Камень веры» (1: 7), приводит такое объяснение поступку святителя: «До него в церкви мужчинам подавали части Святого Тела Христова в руки, а женщинам — в чистые платки. Но следующий случай послужил святому Златоусту поводом к отмене этого обычая. Одна женщина, приняв в церкви из рук Златоуста часть Тела Христова, отнесла её в дом свой и смешала с каким-то чарованием для волхвования. Узнав об этом, св. Златоуст по всем церквам заповедал, чтобы не давать в руки частиц Тела Христова, но давать в уста верных лжицею, вместе с Божественною, под видом вина, Кровию» (5, с. 221-222).

После причащения мирян, при пении «Аллилуйя» священник уносит чашу со Святыми Дарами в алтарь и высыпает в неё частицы, которые были вынуты из просфор на проскомидии, молясь о том, чтобы Господь Своей Кровью и молитвами святых очистил грехи всех, за кого были вынуты частицы. Как отмечает сщмч. Афанасий, Церковь в глубокой уверенности исповедует, «что так именно и будет, что Господь по силе великой евхаристической Жертвы, по неложному заверению апостола (1 Ин. 1: 7: «Кровь Иисуса Христа … очищает нас от всякого греха») о великой очистительной силе Крови Сына Божия, и по молитвам святых Своих исполнит её прошение об омовении грехов поминаемых, непременно исполнит и уже начинает исполнять в момент погружения в Божественную Кровь частей просфоры, изъятых в память живых и усопших» (1, с. 35-36).

После этого Святые Дары переносятся с престола на жертвенник, чем символизируется Вознесение Христово. А перед этим священник в последний раз благословляет молящихся со словами «Спаси, Боже, люди Твоя и благослови достояние Твое», наподобие того, как Господь наш перед Своим вознесением на Небо в последний раз благословил апостолов. Верующим в последний раз показываются Святые Дары для поклонения. При последнем перенесении Святых Даров жертвенник символизирует уже Царство Небесное и Престол Божий, не котором наш Спаситель воссел одесную Бога Отца.

Верующие в это время благодарят Бога за преподанное причащение, воспевая «Да исполнятся уста наша хваления Твоего, Господи…». Далее в последней ектенье дьякон призывает верующих после причащения Святых Христовых Тайн стать правою мыслью с добрыми делами, чтобы достойно возблагодарить Того, Кто удостоил нас этого таинства. И только после этого молящимся разрешается выйти из храма. Чтобы благословить верующих, священник выходит из алтаря и произносит заамвонную молитву. Непричастившимся на литургии в качестве утешения даётся антидор — часть той просфоры, из которой был приготовлен агнец. Наконец, произносится отпуст. По окончании литургии оставшиеся Святые Дары непременно должны потребиться. Примечательно, что делает это не священник, а дьякон. «Это означает, — объясняет архиеп. Вениамин, — что после второго Пришествия Господня будут радоваться не только совершенные и великие рабы Божьи, но и малые и нищие получат спасение, преизобильно воспримут славу Божью и совершенно насытятся, по пророку: «насыщуся, внегда явити ми ся славе Твоей» (Пс. 16: 15)» (5, с. 228).

После отпуста литургии верующие целуют крест, свидетельствуя тем самым свою верность Спасителю, в воспоминание Которого была совершена Божественная литургия. Хор же в это время поет молитву о сохранении на многая лета святейшего патриарха, правящего архиерея, прихожан храма и всех православных христиан.

О действии, которое оказывает литургия на душу человека сказано многое. В данной работе мы хотим привести лишь два высказывания: одно — светского человека, а другое — святого; великого писателя и великого протоиерея.

«Если только молящийся благоговейно и прилежно следит за всяким действием, душа его приобретает высокое настроение, заповеди Христовы становятся для него исполнимы, иго Христово благо и бремя легко… Все, прилежно слушавшие Божественную Литургию, выходят кротче, добрее в обхождении с людьми, дружелюбнее, тише во всех поступках. А потому для всякого, кто только хочет идти вперёд и становиться лучше, необходимо частое, сколько можно, посещение Божественной Литургии и внимательное слушание. Она нечувствительно строит и создаёт человека, и если общество ещё не совершенно распалось, если люди не дышат полною, непримиримой ненавистью между собою, то сокровенная причина тому есть Божественная Литургия, напоминающая человеку о святой, небесной любви к брату. А потому, кто хочет укрепляться в любви, должен сколько можно чаще присутствовать, со страхом, верою и любовию, при священной трапезе любви, и если он чувствует себя недостойным принимать в уста свои Самого Бога, Который весь любовь, то хотя быть зрителем, как приобщаются другие, чтобы незаметно, нечувствительно становиться каждый раз совершеннее» (Н. В. Гоголь: 7, с. 121-123).

«Бесценное благо дано мне от Господа в богослужении. В нём вся жизнь нашей души, всё сокровище! Тут её родина, её сила, её слава… Господи Иисусе!... даждь же мне благодать всегда от начала до конца благополучно, свято, мирно, твёрдо, пламенно совершать всякое богослужение, при всяких обстоятельствах, при многом и малом народе, в праздники и будни, в храме и вне храма! Даждь мне, даждь благодать сию — и очисти сердце от всякия страсти, скверны, плоти и духа, избавь от всякого навета вражия. Воспламеняй небесным огнём во время моего служения и сердца всех предстоящих и молящихся! Смиряй сердца богатых и знатных, учёных или мудрых века сего, обуяя их мудрость и покоряя умы и сердца их слову Твоему. Смягчай сердца закосневших в страстях, воссозидай, обновляй люди Твоя. Аминь. Я — немощен. Но да совершается сила Твоя в немощах моих (2 Кор. 12: 9). Я грешен и прегрешен, но идеже умножится грех, там преизбыточества благодать (Рим. 5: 20). Так и во мне да будет! … Разве туне молимся … в храме? Но великие и богатые милости получают от Бога все усердно молящиеся: помилование, оставление грехов, ради Бескровной Жертвы, приносимой на алтаре, освящение, избавление от скорбей, умирение душ и утверждение в вере и добродетели. И можно ли туне уйти из дома Божия, из дома «Отца щедрот и всякия утехи» (2 Кор. 1: 3), от Которого «свыше сходит всяк дар совершен» (Иак. 1: 17)?» (св. прав. Иоанн Кронштадтский; цит. по: 6, с. 200-202).

Использованные источники:

  1. Афанасий (Сахаров), еп. О поминовении усопших по уставу Православной Церкви. — СПб: Сатисъ, 1999. — 240 с.
  2. Бобринский Б., протопресв. Церковь и евхаристия // ЖМП. — 2003. — № 11. — С. 75-77.
  3. Булгаков С. В., прот. Настольная книга для священнослужителей. Т. 1. Ч. 1. — М.: Издат. отд. Московск. Патриархата, 1993 (репринт). — 944 с.
  4. Варнава (Беляев), еп. Основы искусства святости. Т. 6. — Н. Новгород: Изд. братства во имя св. кн. Александра Невского, 2001. — 352 с.
  5. Вениамин, архиеп. Нижегородский и Арзамасский. Новая Скрижаль, или Объяснение о церкви, о литургии и о всех службах и утварях церковных. — В 2 т. Т. 1. Репринт. — М.: Русский Духовный Центр, 1992. — 272 с.
  6. Вениамин (Федченков), архиеп. Небо на земле. — М.: Паломник, 2003. — 208 с.
  7. Гоголь Н. В. Размышления о Божественной Литургии. — М.: Современник, 1990 (репринт). — 126 с.
  8. Кураев А., дьяк. Традиция. Догмат. Обряд. Апологетический очерк. — М.: Изд-во братства свт. Тихона, 1995. — 416.
  9. Сергий (Правдолюбов), исп., прот. Объяснение Божественной литургии // ЖМП. — 2006. — № 2. — С. 40-51.
  10. Сергий (Правдолюбов), исп., прот. Объяснение Божественной литургии // ЖМП. — 2006. — № 3. — С. 72-87.
  11. Слободской С., прот. Закон Божий. Изд. 4. — Джорданвиль; Нью-Йорк: Мон-рь Св. Троицы, 1987. — 723 с.
  12. Смирнов Е. И. История христианской Церкви. — М.: Изд-во Св.-Троицк. Сергиев. лавры, 1997 (репринт). — 462 с.

Примечания:

  1. О единстве Кафолической Церкви. 5. ^
  2. Здесь и далее при ссылке на источник первое число означает номер источника в списке использованной литературы (см. в конце работы), а второе — номер страницы. ^
  3. Так называемая «Литургия Преждеосвященных Даров» не является литургией в строгом смысле этого слова, потому что на ней не происходит освящения Святых Даров. Это просто особый тип вечерни, на которой можно причащаться Святых Христовых Тайн. Поэтому в нашей работе она не будет рассматриваться. ^
  4. Здесь и далее даты указаны по старому стилю. ^

События и комментарии

Список последних обновлений сайта

Если Вы желаете разместить наш баннер на своей странице, нажмите сюда

Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов сети интернет

Православие (Православная страница Николая Ардабьевского)
Сайт расположен на сервере Россия Православная
webmaster
webdesigner